Квартира №47

Курсистки, типографские рабочие, подручная фабрики «Меланж», врач в военной поликлинике, сотрудник МВД, кинооператор и другие жители квартиры № 47. А также история семьи Мадорских-Воложинских

1900–1910-е

До революции в 9 квартирах шестого подъезда дома № 10 на Большой Садовой располагалось общежитие московских Высших женских курсов. На втором этаже курсистки жили в 37-й, 46-й и 47-й квартирах, на третьем — в 48-й, 49-й, и на четвертом — в 41-й, 50-й, 51-й. Илья Пигит строил свой доходный дом для интеллигенции — со студиями для художников, с четырех- и пятикомнатными квартирами, с ваннами и телефонами. И только в 6-м подъезде, перед сдачей в эксплуатацию последней части дома, были частично перепланированы квартиры под общежитие Высших женских курсов. Заведующей общежитием в течение первых девяти лет была Л.В. Чоколова, а затем — Н.И. Иванова. Это было общежитие старейших в России Высших женских курсов Владимира Ивановича Герье, открытых в 1872 году и просуществовавших с небольшим перерывом (1888–1900) до 1918 года (В.И. Герье скончался в 1919-м). После этого на их базе был создан так называемый 2-й МГУ (1918–1930), с 1930-го — уже Московский государственный педагогический институт, с 1990-го ставший Педагогическим университетом. Если в первые десятилетия существования курсов свидетельство об успешном их окончании никаких прав выпускницам не предоставляло, то уже в «Уставе о Высших Женских курсах» от 1906 года говорилось, что московские Высшие женские курсы «есть автономное учреждение, управляемое на основании Устава …коллективными органами управления — советом преподавателей, деканом и советом попечителей», окончившим его «выдается свидетельство о прохождении курса равнозначительное с дипломами соответствующих факультетов университетов». На курсы принимались лица разных сословий, окончившие средние учебные заведения. Так В.П. Воскресенская — дочь православного священника, Белла Розенфельд (первая жена художника Марка Шагала) — иудейка, Т.П. Краснопевцева — дворянка, дочь надворного советника.

Альбом. Высшие женские курсы Герье

1920–1930-е

В 1918 году доходный дом Пигита был национализирован и превратился в рабочую коммуну бывшей типографии И. Машистова. (Сама типография до революции находилась на противоположной стороне Большой Садовой). Высшие женские курсы были закрыты, и шесть из девяти квартир объединили по две: 46/37, 48/39, 50/41. Для этого между ними были удалены стены и в итоге такой перепланировки квартиры оказались без ванных комнат. Первый в Москве дом-рабкоммуна заселялся работниками московских типографий и в таком виде просуществовал до 1922 года, причем в документах того времени особенно подчеркивалось, что за это время рабочие привели «своим аккуратным ведением хозяйства в образцовое состояние владение». Тем не менее, в мае 1922 года, несмотря на протесты отдельных жильцов, анонимную жалобу и последовавший за ней визит специальной инспекции, дом все же был передан в эксплуатацию новому жилищному товариществу.

Циковский Н.С. (?). Дом Коммуны на Садовой. 1921 г. Лист 77. Литография с тоном

Циковский Н.С. (?). Дом Коммуны на Садовой. 1921 г. Лист 77. Литография с тоном

В апреле 1924 года в этой квартире были прописаны одиннадцать человек, среди которых в основном типографские рабочие, а также подручная фабрики «Меланж» (кондитерская «Меланж» арендовала у дома помещение). В списках 1925 года жильцов стало гораздо меньше — в 27-ю квартиру переехали трое Бочановых, Иван Мартынович Хлусов перебрался в квартиру 26 (его жена Агриппина Ивановна выписалась из квартиры бесследно), а подручная фабрики «Меланж» Татьяна Федоровна Егорова переселилась в квартиру № 23. Вместо них из квартиры № 6 сюда переехали наливальщица форм фабрики «Меланж» Вера Константиновна Емельянова и А.В. Емельянов (один из двух братьев Емельяновых — Алексей или Александр). Таким образом, в 1925 году здесь остались семеро жильцов вместо одиннадцати.

Список жильцов квартиры № 47 в апреле 1924 года

Фамилия, имя и отчествоВозрастМесто службыСостоит ли членом жил. т-ваИмеет ли право быть членом ж. т. по норме устава от 10 марта 24 г.Отметка районной избирательной комиссии
Бочанов Александр Потапович45наборщик типографии им. тов. АРТЕМАДаИмеет
Бочанова-Романова Татьяна Михайловна28На иждивении мужаДаИмеет
Бочанова Зинаида Александровна18На иждивении отцаНетИмеет
Хлусов Иван Мартынович46Переводчик типолитографии МоссельпромаДаИмеет
Хлусова Агриппина Ивановна18На иждивении отцаДаИмеет
Егорова Татьяна Федоровна21Подручная фабрики «МЕЛАНЖ» НетНе имеет
Дроздков Сергей Петрович36Наборщик типографии ВоздухофлотаДаИмеет
Дроздкова Мария Ивановна31На иждивении мужаДаИмеет
Канунников Роман Михайлович40Монтер-печатник машиной фабрики «СВОБОДА»ДаИмеет
Канунникова Вера Ефимовна39На иждивении мужаДаИмеет
Канунников Семен Романович18Учащийся 65-й трудовой школыНетИмеет

1940–1970-е

Главным источником сведений о жильцах дома за 1940–1970-е годы послужили три домовые книги – для удобства они пронумерованы: домовая книга 1 (1940–1944), домовая книга 2 (1944–1958), домовая книга 3 (1958–1970-е).

Согласно списку жителей дома, составленному в 1940 году, в квартире № 47 проживали 12 человек — выпускающий редактор издательства «Молодая гвардия», брошюровщица в типографии, слесарь, механик и др. Одними из первых в 1921 году в квартиру № 47 въехала семья Дроздковых. Сергей Петрович Дроздков (1887 г. р.) вернулся из плена после Гражданской войны, работал наборщиком типографии Воздухофлота, а впоследствии занимал должность выпускающего редактора издательства «Молодая гвардия». Его жена Мария Ивановна (1892 г. р.) работала брошюровщицей в типографии № 19, затем контролером производства артели инвалидов «Полиграфтруд». Их дочь Зоя (1919 г. р.) была инспектором райисполкома Красногвардейского района, а сын Виктор (1915 г. р.) — мастером на заводе. У Виктора было двое детей — Борис (1936 г. р.) и Ирина (1940 г. р.). Вместе с Дроздковыми в 1920-е годы в квартире жили: переводчик типолитографии «Моссельпром» Иван Хлусов с дочерью Агриппиной, наборщик типографии имени товарища Артема Александр Бочанов с женой Татьяной и дочерью Зинаидой, монтер печатных машин фабрики «Свобода» Роман Каннуников с женой Верой и сыном Семеном и подручная трикотажной фабрики «Меланж» Татьяна Егорова. Дроздковы приехали в дом раньше остальных своих соседей и оставались в 47-й квартире до расселения коммуналки в 1977 году.

Список жителей на 1940 год

Согласно списку жителей домовой книги № 3, составленному в 1958 году, в квартире № 47 проживали 15 человек — врач в военной поликлинике, сотрудник МВД, кинооператор и др.

Список жителей на 1958 год

Семья Воложинских-Мадорских

В 1932 году в 47-ю квартиру въехала семья Воложинских. До переезда в дом на Большой Садовой они жили по соседству — на Садовой-Триумфальной. Зиновий Львович Воложинский (1888 г. р.) занимал должность главного инженера на Московской государственной фабрике целлулоидных изделий «Заря». Вместе с ним в квартиру въехали его жена врач Элла Григорьевна Закс (1895 г. р.) и дочь Изабелла (1924 г. р.), ставшая впоследствии тоже врачом.

1950 год. Воложинская Изабелла Зиновьена. В день свадьбы с Мадорским Наумом Львовичем

1950 год. Воложинская Изабелла Зиновьена. В день свадьбы с Мадорским Наумом Львовичем

Дочь Изабеллы Зиновьевны Софья Наумовна Мадорская (1953 г. р.) вспоминает жизнь в коммуналке:

Квартира была очень дружной, поэтому, когда у родителей была свадьба, все освободили квартиру, и свадьба гуляла во всех комнатах. Коммуналка была до такой степени дружной, что когда уезжали родители, то детей оставляли на попечение соседей. На православную Пасху все пекли куличи, и дети ели куличи, а на еврейскую Пасху мы покупали мацу и всю квартиру угощали. В войну мы были в эвакуации, и соседи сожгли всю нашу библиотеку, но мы понимали, что по-другому выжить было нельзя. В 50-е годы моя мама, как еврейка, не могла устроиться на работу. И соседи прятали мою маму, когда слышали стук в дверь, потому что ее могли обвинить в тунеядстве. Прятали ее родители моей подруги детства Оксаны — они приехали из деревни и были комсомольскими работниками.

1958 год. Воложинская Изабелла с дочерью Софьей во дворе на Большой Садовой

1958 год. Воложинская Изабелла с дочерью Софьей во дворе на Большой Садовой

Софья Наумовна Мадорская, прожившая в квартире № 47 до 1960 года, делится своими детскими воспоминаниями:

Окна выходили на Военно-политическую академию (сейчас Военный университет, Большая Садовая, 14. — прим. ред.), поэтому всегда было темно. Но мы, дети, наблюдали за их парадами. С четырех лет я гуляла во дворе, и никто не боялся, потому что все друг друга знали, младшие за старшими следили. Играли в классики, секретики делали, бабу снежную лепили. Комнат было четыре. Коридор был очень длинным, и мы с моей ровесницей-соседкой Оксаной катались по коридору на трехколесных велосипедах. Наша комната была большой — 36 метров. Мы ее разделили шторой на две части. Используя эту штору, мы играли в кукольный театр. В саду «Аквариум» была прогулочная группа. Ею руководила Юлия Лазаревна — бывшая учительница. Детей приводили до обеда, потом их забирали, кормили и опять отправляли гулять. Я там гуляла с ней каждый день. У нас был навес, под которым мы прятались во время дождя.

Альбом.Семья Воложинских-Мадорских

Музей Булгакова
 

Музей Булгакова продолжает собирать информацию по истории дома № 10 на Большой Садовой. Мы хотим рассказать историю каждой квартиры. Если вам есть чем поделиться — пишите нам на адрес dom10@bulgakovmuseum.ru, звоните по телефону +7 (495) 699 53 66 и присоединяйтесь к проекту!