Квартира №42

«Чулочница эксплуататор» Акилина Шелепова, кучер Василий Федорович, безработная гражданка Екатерина Левчук, отправившая под суд председателя жилтоварищества Раева, и другие жители квартиры № 42

1900–1910-е

Согласно описи владения за 1914 год, квартиру № 42 арендовал помощник аптекаря Александр Моисеевич Фридман.

1920-1930-е

42-я квартира не была густонаселенной по сравнению с другими (например, 50-й с шестнадцатью жильцами) — в 1924 году здесь были зарегистрированы всего семь человек: семья Бочковых, состоявшая из безработного Емельяна Максимовича и его жены «чулочницы эксплоататора» Акилины Ивановны, семья Шелеповых, кучер Василий Федорович и та самая знаменитая безработная гражданка Екатерина Львовна Левчук, отправившая под суд председателя жилтоварищества Николая Зотиковича Раева. В списке жильцов 1925 года остались всего четыре квартиранта — Бочковы, Наталья Ивановна Шелепина и новый жилец М.И. Шихин. Из квартиры и дома были выписаны Петр Иванович и Елизавета Петровна Шелеповы, кучер Василий Федорович и гражданка Левчук. В 1920-е годы Шелеповы, Бочковы и Шихины были переселены в бывшую владельческую квартиру № 5.

Председатель жилтоварищества Н.З. Раев и народный суд

История несчастного управдома Никанора Ивановича Босого из романа «Мастер и Маргарита», у которого при обыске по доносу Коровьева обнаружили валюту в вентиляции, вероятно, как это часто бывает у Булгакова, имеет реальный прототип.
В похожей ситуации (ареста и суда) оказался в 1925 году председатель правления жилищного товарищества дома 10 по Большой Садовой тридцатилетний Николай Зотикович Раев, член партии, служащий, зав. складом Госбанка. В 1924 году он проживал в кв. 33 с Пелагеей Ивановной Раевой, имя которой, как мы помним, совпадает с именем жены Никанора Ивановича в романе: «И тут случилось, как утверждал впоследствии председатель, чудо: пачка сама вползла к нему в портфель. А затем председатель, какой-то расслабленный и даже разбитый, оказался на лестнице. Вихрь мыслей бушевал у него в голове. Тут вертелась и вилла в Ницце, и дрессированный кот, и мысль о том, что свидетелей действительно не было, и что Пелагея Антоновна обрадуется контрамарке».
В апреле 1924 Николай Зотикович Раев был избран председателем правления. Секретарем стал 19-летний Александр Павлович Хрынин из кв. 29. Но уже в следующем 1925 году, в августе Раев был смещен с должности в результате скандала и последовавшего за ним уголовного дела. Хотя председателя пытались уличить в растрате, доказать это не удалось и к уголовной ответственности его привлекли за «самоуправные действия и отказ подчиниться решению Нарсуда». В «Известиях» 22 мая 1925 года была помещена заметка «Нарушителей революционной законности — под суд!». Суть ее сводилась к тому, что Раев, обязанный по решению суда переселить гражданку Левчук в хорошую комнату из подвального помещения, отказался выполнить постановление суда и предоставил эту хорошую комнату гражданину Василевскому (едва ли безвозмездно). Суд признал правоту истицы, Раева приговорили к 3 месяцам принудительных работ по месту службы с понижением оклада на один разряд. Репортер отмечал, как кажется, не без удовольствия: «Зал был переполнен жильцами дома, т.к. большинство интересовалось исходом дела».
Заметка попала в Московское управление недвижимым имуществом, и оттуда немедленно поступило распоряжение разобраться в ситуации и переизбрать правление или председателя, если окажется, что виновен только он. Правление пыталось защитить своего председателя и на специальном заседании членов фракции РКП(б) 28 июля 1925 г. была принята резолюция, согласно которой фракция просила МУНИ оставить Раева председателем: «Считая газетную заметку по отношению тов. Раева и хозяйства дома-неправильной, как интригу, направленную группой жильцов (ненавистных коммунистам) не только против коммунистического правления но и фракции РКП(б) дома, почему просим МУНИ, на основании заключения по отчетам Правления и Ревиз. Комиссии, об оставлении, в чистоте политической и хозяйственной стороны, тов. Раева председателем с полным ему доверием в работе от Фракции».
Но это не помогло и 3 августа 1925 года новым председателем правления был избран Иван Иванович Кабанов из кв. 27

Список жильцов квартиры № 42 в апреле 1924 года

Фамилия, имя и отчествоВозрастМесто службыСостоит ли членом жил. т-ваИмеет ли право быть членом ж. т. по норм.<е> уст.<ава> от 10 марта 24 г.Отметка районной избирательной комиссии
Бочков Емельян Максимович35Безработный на Бирже трудаДаНе имеет
Бочкова Акилина Ивановна26Чулочница на домуДаНе имеет. Чулочница. Эксплоататор
Шелепова Наталья Ивановна19На иждивении сестрыНет
Шелепов Петр Иванович26Безработный на Бирже трудаДаИмеет
Шелепова Елизавета Петровна39На иждивении мужаДаИмеет
Левчук Екатерина Львовна39Безработная на Бирже трудаДаТорговка
Городенский Василий Федорович50Кучер в Наркомате <Труда?>.ДаИмеет

1940–1970-е

Главным источником сведений о жильцах дома за 1940–1970-е годы послужили три домовые книги — для удобства они пронумерованы: домовая книга 1 (1940–1944), домовая книга 2 (1944–1958), домовая книга 3 (1958–1970-е).

Согласно списку, составленному в 1940 году, в квартире № 42 проживали 18 человек, в основном рабочие — чертежник, кочегар, слесарь, кассир в продовольственном магазине, печатник в типографии, дворник и другие.

Список жителей на 1940 год

Согласно списку домовой книги № 3, составленному в 1958 году, в квартире № 42 проживали 18 человек — резальщица на фабрике «Дукат», электрик на заводе, официантка в ресторане при Северном вокзале, пенсионеры и другие.

Список жителей на 1958 год

Музей Булгакова
 

Музей Булгакова продолжает собирать информацию по истории дома № 10 на Большой Садовой. Мы хотим рассказать историю каждой квартиры. Если вам есть чем поделиться — пишите нам на адрес dom10@bulgakovmuseum.ru, звоните по телефону +7 (495) 699 53 66 и присоединяйтесь к проекту!